Некоммерческое партнерство

 Родительский Комитет



Myweb.ru, каталог сайтов

Каталог Православное Христианство.Ру

Православие и современность. Информационно-
аналитический
портал
Саратовской епархии Русской Православной Церкви

Обсуждаем проект закона о ЮЮ

То, что нет проекта закона о ЮЮ — это неправда.
ЮЮ настойчиво и последовательно «надвигают» на семью.
ЮЮ — это чей выбор?
Подробнее...

Информация

15 ноября 2016 г.
Верховный суд РФ снял с рассмотрения проект постановления Пленума, касающийся руководящих разъяснений по применению судами статьи 116 УК РФ (побои) в новой редакции. Сам проект имел явно ювенальный характер, так как должен был закрепить ответственность родителей по данной статье. Отказ рассматривать вопрос расценивается общественностью как понимание его абсурдности, направленности против семьи, нарушения основополагающих принципов равенства всех перед законом и необходимости защиты семьи со стороны государства.

Активисты «Народного Собора» сорвали провокацию шведских агентов по внедрению в российское законодательство антисемейных технологий

Мать, лишенная родительских прав, от горя едва не сожгла себя.

Новая книга «Ювенальная юстиция в действии» практическое пособие для родителей.

Родители России давно протестуют против разрушительных тенденций, направленных на разрушение семьи, рекомендуемых ООН и Советом Европы.

ЧЕТЫРЕ ПРАВИЛА ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ ПРОТИВ МАНИПУЛЯТОРОВ

Родители Камчатки выступили против антисемейных законов.

СМИ о ЮЮ

«Ювенальный» Пленум» ТРИ мнения специалистов о Пленуме ВС РФ

Правонарушения подростков — тема, которая мало кого оставляет равнодушным. Страсти подогревают непрекращающиеся дискуссии о возможности реформирования российской юстиции в отношении несовершеннолетних по одному из западных образцов. Что несет в связи с этим Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних»? Реформу или стабильность, развитие или революцию? Мы решили спросить об этом профессионалов-практиков.

Людмила ТРОПИНА, советник губернатора Московской области, председатель Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при губернаторе Московской области, заслуженный юрист РФ

— Людмила Ивановна, как Вы считаете, принятие очередного Постановления Пленума ВС РФ, касающегося уголовной ответственности несовершеннолетних, — это шаг вперед или повторение пройденного?

— Сравнительный анализ февральского и ранее принятых (в 2000-м, 1990-м, 1976-м и 1963 году) Пленумом ВС РФ постановлений по делам о преступлениях несовершеннолетних показывает, что разъяснения и рекомендации фактически дублируют друг друга. Более того, если ранее, в частности в Постановлении 1990 года, Пленум говорил об отдельных недостатках и ошибках, допускаемых судами (нарушения норм уголовного процесса, гарантирующих несовершеннолетнему право на защиту; непринятие мер к выяснению роли взрослых в вовлечении подростка в преступление, к выяснению источников приобретения спиртного и наркотиков и др.), то в двух последних постановлениях (2000-го и 2011 года) никакого анализа нет.

Не указывая на конкретные проблемы в практике судов, Пленум ВС РФ лишь отмечает, что суды в основном правильно применяют уголовное и уголовно-процессуальное законодательство. К сожалению, это не соответствует действительности.

Известно, что до настоящего времени качество частных определений так и не изменилось в лучшую сторону. Не всегда при назначении условной меры наказания подростку вменяются дополнительные обязанности (продолжить обучение, трудоустроиться, обратиться к врачу-наркологу, пройти курс лечения, не посещать определенные места и пр.), что способствует совершению им повторного преступления. Хочу подчеркнуть, что здесь вопрос не в судьях, а в том, что не выстроена единая четкая система профилактики, и это наша общая беда. Я знаю о случаях формального отношения (не на территории Московской области) к допросу иногородних несовершеннолетних как в период следствия, так и в ходе судебного заседания, когда даже не устанавливалась личность обвиняемого.

Кроме того, реальная судебная практика рассмотрения дел становится известной лишь через призму субъективного восприятия общественных организаций, работающих в регионах по грантам, а не благодаря объективным обобщениям судебной практики с принципиальной оценкой положительных или отрицательных сторон.

В ряде пунктов февральского Постановления цитируются конкретные нормы УК РФ и УПК РФ (о случаях обязательного участия педагога или психолога при допросе несовершеннолетнего; о праве законного представителя несовершеннолетнего подсудимого давать показания; о том, что судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет, не учитываются при признании рецидива преступлений).

По моему мнению, какой-либо новизны в Постановлении Пленума 2011 года нет, и я не в восторге от бесконечных разъяснений и без того понятных норм. В первую очередь нужно выполнять уже существующий закон, а при необходимости вносить предложения по его совершенствованию. Однако в судейском корпусе сейчас много молодых людей, и эти разъяснения будут им полезны, а Постановление Пленума ВС РФ станет их настольной книгой.

— Вы уже много лет являетесь председателем Комиссии по делам несовершеннолетних при губернаторе Московской области. Есть ли, на ваш взгляд, в Постановлении Пленума ВС РФ какие-либо новые акценты, связанные с комиссиями, переоценка их статуса?

— Комиссии — это связующее звено между системой профилактики и системой отправления правосудия в отношении несовершеннолетних. Хочу обратить внимание на полное название — комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (!). То есть комиссии — это государственный правозащитник.

Очень порадовал пункт 38 Постановления, в котором сказано, что комиссия является не только специализированным государственным органом, которому в соответствии со статьей 90 УК РФ может быть передан под надзор несовершеннолетний, но также и органом, который вправе обращаться в суд с представлением об отмене принудительной меры воспитательного воздействия при систематическом ее неисполнении несовершеннолетним.

Вместе с тем отсутствие унифицированных основ деятельности комиссий и единого координирующего методического центра на федеральном уровне будет препятствовать исполнению ими данной функции. Прошло уже почти 12 лет с момента принятия Федерального закона от 24.06.99 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», а на федеральном уровне не издано ни одного нормативного правового акта, регламентирующего деятельность комиссий и их координирующую роль. Положение о Комиссии по делам несовершеннолетних, принятое еще в СССР в 1967 году, не отменено, но не отвечает задачам, стоящим перед комиссиями на современном этапе, и полномочиям, возложенным на них государством.

Важно подчеркнуть, что в большинстве комиссий отсутствуют аппараты, работает лишь ответственный секретарь, находящийся, как правило, в ведомственной подчиненности руководителей субъектов системы профилактики. Из этого следует, что исполнять полномочия специализированного государственного органа будет затруднительно. Пока на государственном уровне нет осознания, что комиссии — превентивный орган. Рассмотрение персональных дел, в том числе об административных правонарушениях, процесс не менее серьезный, чем рассмотрение уголовных дел. От качества подготовки и профессиональности рассмотрения дела зависит дальнейшая судьба ребенка, а от того, насколько вовремя будет подана рука помощи семье, — станет ли несовершеннолетний объектом или субъектом преступления в дальнейшем.

— Верховный Суд РФ указал на необходимость применения норм международных соглашений РФ (Эр-Риядские принципы, Пекинские правила и т. д.). Насколько сегодня эти нормы реализованы в российской действительности?

— Изучать накопленный международный опыт нужно, но адаптировать его к «российской почве» может лишь практик, имеющий под рукой межведомственную информационно-аналитическую базу, а также полномочия по координации деятельности субъектов системы профилактики, закрепленные законодательством.

В ходе рассмотрения дел (как уголовных, так и дел об административных правонарушениях) главную роль играет изучение личности подростка, причин и условий совершения им противоправных действий. Такой подход к отправлению правосудия в отношении несовершеннолетних продиктован необходимостью выполнения требований международного права — Конвенции ООН 1989 года по правам ребенка, а также Пекинских правил в части приоритета внесудебных процедур при принятии мер к подросткам, вступившим в конфликт с законом.

Я считаю, что положению пункта 3 статьи 40 Конвенции ООН 1989 года («государства-участники стремятся содействовать установлению законов, процедур, органов и учреждений, имеющих непосредственное отношение к детям, которые, как считается, нарушили уголовное законодательство <…>, принятию мер по обращению с такими детьми без использования судебного разбирательства при условии полного соблюдения прав человека и правовых гарантий») как нельзя лучше соответствуют именно комиссии. Это уникальный российский опыт (в 2011 году комиссиям исполнилось 93 года), подтвержденный историей и здравым смыслом. Даже перед самым профессиональным специализированным судом несовершеннолетний должен предстать только после того, как будут исчерпаны меры воспитательного и реабилитационного воздействия. А прежде перед судом должны ответить государство и чиновники, не принявшие своевременных мер по защите прав семьи и ребенка.

Могу сказать, что к комиссиям применимы и термины международных стандартов, где подобные организации названы «компетентными» или "специализированными органами« (часть 3 Пекинских правил). В России много талантливых людей и много методик, соответствующих нормам международного права, но отсутствие единого координатора способствует появлению »смеси французского с нижегородским«.

— «Ювенальные технологии» — неизвестный нашему законодательству термин, теперь он зафиксирован в Постановлении Пленума ВС РФ. Как Вы его понимаете?

— К сожалению, единого понятийного аппарата для «ювенальных» терминов нет. Вместе с тем фраза "ювенальная юстиция« в последнее время вызывает протестные реакции. Если обратиться к латыни, то »юстиция« — это справедливость, законность, а »ювентус« — юность. Но »западники« и »антиювеналисты« трактуют данный термин по-своему. Проще сказать, что ювенальная юстиция — это всеобщая специализация всех ведомств, органов социальной, общественной и правоохранительной направленности, отправления правосудия, их взаимодействие и дружелюбная преемственность в деятельности по добросовестному исполнению закона.

Февральский Пленум предлагает обучать судей ювенальным технологиям, не разъясняя, что при этом имеется в виду. На фоне сегодняшних баталий это неконструктивно и чревато возникновением еще больших разногласий как среди специалистов, так и среди населения.

— Какие ювенальные технологии применяются в Московской области?

— Во исполнение поручения правительственной Комиссии в Московской области с 2003 года отрабатываются ювенальные технологии, основанные исключительно на российском опыте и законодательстве. Ювенальная юстиция в МО — прежде всего система защиты прав и законных интересов семьи и детей, подкрепленная четким ритмом действий ведомств правоохранительного и социального блоков, органов юстиции, прокуратуры, судов, средств массовой информации, общественных организаций.

В Постановлении Пленума 2011 года судам рекомендовано внедрять современные методики индивидуальной профилактической работы с несовершеннолетними. Тогда как участие комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав в ходе предварительного расследования и судебного производства даже не прописано процессуально.

Например, следователи не обязаны информировать комиссии о привлечении несовершеннолетних в качестве обвиняемых (подозреваемых) в совершении преступления, что препятствует исполнению комиссиями требований пункта 9 статьи 5 Закона № 120-ФЗ, в соответствии с которым комиссии обязаны проводить с несовершеннолетними данной категории индивидуальную профилактическую работу с момента предъявления обвинения или привлечения в качестве подозреваемого. Полагаю, что описанное противоречие требует устранения путем внесения изменений в ведомственные приказы и УПК РФ в части определения места комиссии в ходе следствия и суда.

Тем не менее в Московской области эту проблему решили в рамках реализации действующих у нас межведомственных нормативных актов. В частности, большинство следователей МО, расследующих уголовные дела, связанные с несовершеннолетними, допрашивают представителей комиссий в качестве свидетелей по характеристике личности подростка, об условиях их воспитания и содержания и т. д. Такое взаимодействие позволяет комиссиям высказывать мнение об избрании меры пресечения.

В период всего следствия комиссии содействуют несовершеннолетним в решении вопросов обучения, трудоустройства, отдыха, прохождения профилактических программ (лечение от зависимостей, помещение в социально-реабилитационные центры и приюты, оказание психолого-педагогической помощи, установление социального патроната), принимают меры к защите прав, в том числе жилищных.

По окончании следствия следователи органов внутренних дел включают представителей комиссии в список лиц, подлежащих вызову в суд. Комиссии предоставляют в суды доклады о несовершеннолетних, в том числе данные об условиях их жизни и воспитания, о родителях (законных представителях), поведении несовершеннолетнего до и после совершения им правонарушений, его отношении к содеянному, информацию о влиянии на него старших по возрасту, сведения о мерах, принятых к несовершеннолетнему в связи с совершением им правонарушения, а также о его реагировании на эти меры.

Представителей комиссии и других субъектов системы профилактики заслушивают в суде в качестве свидетелей по характеристике личности подростка, они высказывают мнение о мере наказания. Это дает возможность в рамках судебного процесса определить перспективы социально-педагогической реабилитации подростка. Добавлю, что как избранная мера пресечения, так и вид наказания во многом влияют, в том числе и психологически, на личность подростка, предопределяют дальнейшую судьбу несовершеннолетнего и его родителей.

Судьи направляют в комиссии приговоры суда в отношении несовершеннолетних, выносят частные определения (постановления) об устранении причин и условий, способствующих совершению преступлений.

Хочу также добавить, что понятие, формы, процедуры рекомендованных февральским Постановлением «современных методик индивидуальной профилактической работы» нигде не определены, поэтому они будут применяться исходя из субъективного понимания.

Индивидуальная профилактическая работа — это прежде всего доброта к подростку и организация его занятости. Это может быть и помощь в трудоустройстве, получении образования, и консультативная поддержка психологов и юристов, лечение от алкогольной или наркотической зависимости и прочее.

— Создана ли в России система, способная обеспечить полноценную реабилитацию и ресоциализацию несовершеннолетнего правонарушителя?

— Осуществить такую реабилитацию и ресоциализацию возможно лишь при комплексном подходе и при условии непрерывности профилактического процесса. В настоящее время в России очевидна нехватка реабилитационных центров для несовершеннолетних, употребляющих психоактивные и наркотические вещества, а существующие социально-реабилитационные центры не имеют навыков работы не только с несовершеннолетними осужденными, но и с подростками, совершившими преступления до достижения возраста привлечения к уголовной ответственности.

В работе по реабилитации и ресоциализации роль и значение межведомственной координации, а значит и соответствующая роль комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав как коллегиального органа возрастают многократно.

Например, в Московской области после вынесения приговора подросток с родителями (законными представителями) приглашается на заседание комиссии. Комиссия выносит решение, обязательное для исполнения и содержащее конкретные мероприятия по оказанию содействия несовершеннолетнему в исполнении обязанностей, возложенных приговором суда.

Кроме того, комиссии посещают несовершеннолетних названной категории по месту жительства, в местах отдыха. Вызывают подростков и их родителей на заседания комиссии в порядке контроля, содействуют в трудоустройстве, обучении, лечении, психологической адаптации не только несовершеннолетних, но и их семей.

Продолжается работа и с подростками, отбывающими наказание в учреждениях уголовно-исполнительной системы. В 2006 году в штаты комиссий по делам несовершеннолетних Можайского и Дмитровского муниципальных районов Московской области введены дополнительные должности штатных сотрудников, являющихся координаторами работы с несовершеннолетними, отбывающими наказание в Икшанской и Можайской воспитательных колониях УФСИН Московской области.

Нашей Комиссией разработаны инструкции о деятельности координаторов по работе с несовершеннолетними, находящимися в воспитательных колониях и спецшколах закрытого типа. Основной задачей комиссий и координаторов по отношению к таким несовершеннолетним служит подготовка подростка и его семьи к освобождению, профилактика семейного неблагополучия, поддержание родственных связей, дальнейшая ресоциализация вернувшихся несовершеннолетних.

Благодаря совместным усилиям всех заинтересованных ведомств в последнее пятилетие удалось добиться стабильного снижения подростковой преступности в Московской области. Подтверждением эффективности организации межведомственного взаимодействия выступает и тот факт, что за прошедшие восемь лет заметно уменьшение числа несовершеннолетних, ранее судимых, которые идут на преступления повторно. Если в 1999 году в Московской области ранее судимыми подростками было совершено 546 преступлений, то в 2010 году — только 69.

Однако каждое противоправное деяние — в любом случае трагедия, за которой стоят детские слезы и покалеченные судьбы…

Лариса ПАВЛОВА, адвокат, член Московской городской коллегии адвокатов:

Пленум ВС РФ подтвердил, что российское законодательство в целом обеспечивает защиту прав несовершеннолетних и соответствует международным нормам, однако при применении законодательства у судов возникают вопросы. Вместе с тем некоторые разъяснения закона и акценты Пленума, в свою очередь, ставят новые вопросы как перед практикующими юристами, так и перед простыми гражданами. При очевидной необходимости назначать несовершеннолетним наказание в виде лишения свободы осторожно и взвешенно особое внимание вызывает акцент Пленума на так называемое воспитуемое наказание несовершеннолетних. В УК РФ ранее уже внесены положения, которые дают основания для максимального послабления при назначении наказаний несовершеннолетним и ограничения для назначения наказания в виде лишения свободы. Согласно УК РФ для несовершеннолетних в возрасте до 16 лет максимальный срок лишения свободы — 6 лет, а от 16 до 18 лет, соответственно, — 10 лет. Это за тяжкие и особо тяжкие преступления: убийство, неоднократное убийство, квалифицированные грабежи, терроризм, попытки разжигания национальной розни и другие. Причем Пленум ВС РФ ориентирует суды на то, что нижний предел наказания несовершеннолетнему за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления в соответствии с ч. 6–1 ст. 88 УК РФ сокращается наполовину. И это без учета ст. 64 УК РФ — возможности назначения судом более мягкого наказания, чем предусмотрено законом. Обращает на себя внимание крайняя лояльность Пленума к несовершеннолетним, совершившим несколько преступлений, когда, как указывает Пленум, понятия повторности не применяются, если лицо ранее не было осуждено или приговор не вступил в законную силу.

Возникает естественное опасение на предмет возможности использования более взрослыми и опытными преступниками несовершеннолетних для совершения тяжких преступлений, за которые те понесут минимальное наказание или вообще не понесут наказания, то есть будут освобождены от уголовной ответственности по тем или иным основаниям.

Совершенно верно в этой связи то, что, ослабляя ответственность несовершеннолетних, Верховный Суд РФ говорит об усилении ответственности взрослых. Но пойдите установите этого взрослого! Это сложно, а потому у данной тенденции двойственный смысл.

Снижение возможности наказания несовершеннолетних имеет другую грань — порождение у молодежи чувства безответственности и безнаказанности, что поставит перед нашим обществом серьезные проблемы. Принудительное лечение, реабилитация — все это разумно, когда существует широкая сеть социальных учреждений, которые это осуществляют. А у нас она разрушена, в России практически отсутствует нормальная реабилитация наркоманов. О какой профилактике мы можем говорить, если по закону родитель вправе лечить своего ребенка-наркомана после 16 лет только с согласия последнего? Кроме того, нужны нормальные российские методики. А сегодня мы имеем только западные «12 шагов», когда наркоманы объединяются в группы "по интересам«, в которых они проходят профилактику. Что такое группа по интересам? Это связи, контакты, расширение возможностей… расширение преступности.

Когда Пленум ВС РФ ориентирует нас на применение ювенальных технологий без закрепления их в законодательстве, он дает возможность расплывчато трактовать их. Так, судам предлагается расценивать невыполнение лицом обязанностей, вытекающих из статуса законного представителя, как действие, наносящее ущерб интересам несовершеннолетнего подсудимого. Данное разъяснение, с одной стороны, справедливо повышает ответственность родителя, роль семьи в воспитании ребенка. С другой — зафиксированный в приговоре факт невыполнения родителем обязанностей по воспитанию ребенка при наличии признаков жестокости по отношению к нему дает основание для привлечения родителя к уголовной ответственности по ст. 156 УК РФ. Если учесть, что понятие «жестокость» по тенденциям, навязываемым ювенальными технологиями, включает психологическое воздействие, принуждение, то каждый родитель, который каким-то образом ограничивал ребенка (не давал достаточно карманных денег, препятствовал свободе общения), в случае совершения его чадом преступления потенциально является, по крайней мере, подозреваемым в совершении преступления по ст. 156 УК РФ, предусматривающей наказание до трех лет лишения свободы.

В обязательном присутствии психолога при допросе несовершеннолетнего, на которое обращает внимание Пленум ВС РФ, также есть плюсы и минусы. Да, психолог-профессионал может оценить состояние ребенка и подсказать суду, как на него повлияет установление наказания; заметить какие-то особенности и назначить психолого-психиатрическую экспертизу на предмет адекватности и соответствия уровня развития возрасту. Но и сами судьи, которые специализируются на рассмотрении дел несовершеннолетних, как правило, разбираются в детской психологии. Они уравновешенные, профессиональные, понимают ребенка и неформально относятся к своему делу. К сожалению, практика показывает, что психологами сегодня зачастую являются лица (в основном женщины), отучившиеся два — четыре месяца в качестве повышения квалификации и получившие какую-то «корочку», а не диплом.

Помимо этого, психология наука нечеткая и не имеет объективных критериев: у пяти психологов будет пять разных мнений из-за различия методик. Психолог высказывает субъективное суждение, которое в результате служит основанием для вынесения судом приговора и претензий к родителям: например о том, что система воспитания в семье ущемляет права ребенка, наносит ему вред, поскольку она слишком жесткая (или, наоборот, мягкая). Тенденция умаления прав родителей — это и есть ювенальная технология.

Отмечу, что в числе международных правовых документов, которые Пленум ВС РФ обязывает учитывать при рассмотрении уголовных дел, названа Рекомендация N Rec (2003) 20 Комитета министров Совета Европы государствам-членам «О новых подходах к преступности среди несовершеннолетних и о значении правосудия по делам несовершеннолетних». Она предусматривает возможность передачи несовершеннолетних преступников под надзор родителей, в приемные семьи или применение других форм помещения под надзор. В российском законодательстве подобных форм не было, а значит, стоит ожидать их внедрения в практику судов, что можно отметить как положительный момент.

Юрий КОВАЛЬСКИЙ, председатель Ногинского городского суда Московской области:

Мы и сейчас стараемся не применять к несовершеннолетним наказание в виде лишения свободы, потому что, как правило, оно не дает положительный результат. В местах заключения проходят другие университеты — криминального характера. При выборе наказания несовершеннолетним мы должны исходить из Священного Писания: «С преподобными — преподобным будешь, а с нечестивыми сам таким сделаешься». Мы прибегаем к лишению свободы, когда суд уже загнан в угол и просто некуда деваться — например, по особо тяжким преступлениям или если после назначения наказания условно подросток снова и снова совершает преступления…

Что же касается ювенальных технологий, то этот термин каждый понимает по-своему. Мне близко определение ювенальных технологий как комплекса мер, нацеленных на реализацию и защиту прав, свобод и законных интересов несовершеннолетних, находящихся в конфликте с законом, содействующих раскрытию их индивидуального потенциала для свободного развития в обществе и самостоятельного отказа от асоциальных действий. Ничего нового для России здесь нет, у нас есть и своя законодательная база, и международные нормы, которые регулируют этот комплекс мер и направлены на достижение необходимого результата.

Ювенальные технологии — красивый современный термин, и мы им пользуемся. Однако жаль, что Пленум ВС РФ не дал собственного определения. Ведь вместе с введением несформулированного понятия у нас может появиться что-то такое, от чего потом будут страдать и сами несовершеннолетние. Например, многие под применением ювенальных технологий понимают преимущественно создание отдельных ювенальных судов. На мой взгляд, отделение тех или иных категорий чревато ухудшением ситуации — давайте введем суды для женщин, для пенсионеров и т. д… Такие новеллы не нужны, требуется системное решение, как подчеркнул Пленум ВС РФ.

В настоящее время не реализуются в должной мере механизмы действующего законодательства в области защиты семьи и законов, направленных на защиту прав ребенка. Имеет место недостаточный профессионализм людей, работающих с детьми, что усугубляет положение попавших в трудную ситуацию семей, особенно многодетных, а также детей-сирот и несовершеннолетних правонарушителей. Одновременно речь должна идти о духовно-нравственном воспитании и религиозном образовании, которые являются мощным заслоном тем порокам, которым подвергается наше общество, а в первую очередь — дети.

В областных и краевых судах сегодня созданы составы, рассматривающие дела несовершеннолетних. Я бы законодательно закрепил образование подобных составов и в районных судах, где сейчас для этих целей судьи назначаются просто приказами. Это всегда наиболее опытные и профессиональные судьи (как правило, председатель суда либо его заместитель) — по-другому просто невозможно: дети требуют иного подхода, нежели взрослые. Нужно соотношение профессионализма, житейской мудрости, знание психологии. Кроме того, судье, не воспитавшему своих детей, сложно понять психологию ребенка, потому в нашем суде я всегда выбираю для этих целей людей семейных.

Я двумя руками за предложение Пленума ВС РФ по переподготовке судей по вопросам социологии, виктимологии, криминологии и т. д., но она должна быть не двухнедельной или месячной, как сейчас в Академии правосудия (этого недостаточно), а трехмесячной или даже полугодовой. За такой срок действительно можно подготовить специалиста по всем аспектам — тогда не было бы нужды говорить о создании отдельных судов. Все структуры должны работать во взаимосвязи.

Пленум ВС РФ указал на необходимость обращать особое внимание на обстоятельства, связанные с условиями жизни несовершеннолетнего. Мы всегда более тщательно (по сравнению со взрослыми) выясняем, каким образом подросток вступил в конфликт с законом, что этому способствовало: воспитание, неблагополучная семья, отсутствие контроля… И реагируем частными постановлениями в адрес различных органов. Однако орган, где должна скапливаться вся информация о несовершеннолетнем, законодательно не определен.

С 2007 года мы проводим совместные совещания всех заинтересованных органов и договорились, что будем ориентироваться на комиссию по делам несовершеннолетних. Как только возник конфликт подростка с законом, следователь направляет в комиссию письмо, там заводится дело и начинается сбор информации (о жизни, учебе, связующих данных…), к судебному заседанию мы опрашиваем представителя комиссии, и он освещает всю картину.

Замечу, что одной из новелл Пленума является определение комиссии как специализированного органа, которому необходимо передавать несовершеннолетнего под надзор в порядке ст. 90 УК РФ (ранее специализированный государственный орган не был конкретизирован).

18.04.2011 |

Материалы подготовила Мария Мошкович,
Юридическая газета.