Некоммерческое партнерство

 Родительский Комитет



Myweb.ru, каталог сайтов

Каталог Православное Христианство.Ру

Православие и современность. Информационно-
аналитический
портал
Саратовской епархии Русской Православной Церкви

Информация

Программа конференции «Родительское общественное движение: защита семьи и права на образование» в рамках 15 Международных образовательных Рождественских чтений, г. Москва.

Роль и задачи психолога на начальных этапах школьного обучения
Доклад В.В.Сорокиной, канд. псих. наук, ст. научн. сотруд. Московского городского психолого-педагогического университета.

«Мировоззренческая составляющая содержания образования и научное знание о мире»
Доклад иерея Сергия Рыбакова, канд.тех.наук.

«Возможности использования международного опыта информационной защиты детей»
Доклад Ефимовой Ларисы Ефимовны, канд. юр. наук, преподаватель

«Взаимодействие родителей с образовательными учреждениями с точки зрения их прав и обязанностей»
Доклад Ларисы Октябристовны Павловой, Председателя Правления НП «Родительский комитет»

«Воспитание личности — общая задача семьи и школы»
Выступление протоиерея Димитрия Смирнова, Председателя Синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями

«Почему нужна родительская экспертиза образовательных программ»
Доклад Л.А. Рябиченко, руководителя Калининградского регионального молодёжного общественного движения «За духовно-нравственное возрождение», г. Калининград

Доклад Ларисы Октябристовны Павловой, Председателя Правления НП «Родительский комитет», на секции «Родительское общественное движение: защита семьи и права на образование»

Тема нынешних Рождественских чтений — «Образование в XXI веке». И нам необходимо понять, является ли сейчас образование той самой ценностью, тем самым богатством, которое родители могут дать своему ребенку? Раньше говорили: хочешь сделать ребенка богатым, дай ему хорошее образование, а дальше все зависит от него. Так вот, что за образование мы имеем на сегодняшний день?

Общество знает много моделей образования. Мы помним о том, какое образование давали в древнем Риме, как учила своих детей древняя Спарта, каким было образование в Российской империи. Если обратиться буквально на 150 лет назад, мы увидим бурсы, реальные училища, университеты. Церковь была не отделена от государства, и основная масса детей России посещала церковноприходские школы. С приходом революции образовательная концепция в корне изменилась, ушло церковноприходское образование. Начался учебный бум. Как вы помните, лозунг был: «Учиться, учиться и учиться!» Наша страна стала самым образованным государством в мире.

Сегодня мы можем судить о школе, как правило, на основании собственного опыта. За исключением тех, кто непосредственно занимается образованием: педагогов, тех родителей, которые детально вникают в вопросы образования, и священников, которые по долгу службы вникают в эти вопросы, занимаясь религиозным образованием своей паствы. Поэтому каждый из нас знает лишь частично эту огромную тему. Она крайне интересна.

Когда я готовилась к выступлению, передо мной было несколько направлений для доклада. Можно говорить о том, что на сегодняшний момент снижены социальные гарантии образования: так, родители обязаны образовывать ребенка только до пятнадцати лет. Это значит, что полное среднее образование не является уже обязательным. В силу закона «Об образовании» высшее образование получается на конкурсной основе и существует государственное ограничение квотума бесплатного образования: если я не ошибаюсь, 170 человек на 10 тысяч населения. Но что такое конкурсная основа, до сегодняшнего момента никто ответить не может, включая нашего президента Академии наук.

Можно говорить о ЕГЭ. Нам предлагают с 2009 года перейти на единый государственный экзамен. А все ли знают, что результат по единому государственному экзамену действует только в течение двух лет? А что делать через два года? Как пересдавать, где и кому пересдавать ЕГЭ? Можно говорить и о том, что основной целью образования является воспитание, и в преамбуле закона «Об образовании» написано, что цель образования — воспитание и обучение учащихся.

Церковь имеет наиболее прямое отношение к воспитанию и образованию, и она, естественно, дает нам модель нравственного, морального образования и говорит о том, что обучение должно не препятствовать развитию души, а, наоборот, давать возможности для совершенствования личности человека, его духовного роста. Поскольку наша конференция проходит в рамках Рождественских чтений и перекликается с задачами Церкви в вопросах образования, я думаю, прежде всего мы должны остановиться на вопросе о том, какие воспитательные системы реализует наша светская школа. Важно знать: какие опасности сегодня реально существуют в сфере образования? Что может повредить душу ребенка? Что нам предлагает государство для развития образования и что могут сделать родители для того, чтобы не был нанесен вред нашим детям?

Поход ребенка в школу — это есть кризисная ситуация. Мы отправляем ребенка туда, где он живет по далеко не известным законам, и родители часто находятся в неведении относительно того, каково содержание образования, что преподают детям, чему их там учат, как их там учат. И в итоге родитель зачастую не может дать адекватную оценку, а какого же ребенка он получит через пять, девять или десять лет. Пришло то время, когда мы не можем полагаться на государство. Потому что государство сняло с себя практически все официальные функции контроля за системой образования.

Мы должны иметь в виду, что к нам грядет коренная перестройка системы образования, перерегистрация всех школ на другие формы. Если раньше учредителем государственных школ были отделы образования, то на сегодняшний день они потеряли право юридического лица, и учредители школ должны быть иные. А когда меняется государственноправовая форма образовательного учреждения, меняются в значительной степени права и обязанности сторон. Родители для того, чтобы понимать, в какой школе учится их ребенок, должны четко отслеживать принятие нового устава.

Церковь настроена преподавать Основы православной культуры как культурологический предмет, чтобы эти знания дали понятие ребенку о культурных традициях его страны, ее нравственных устоях. Этот предмет, по существу, является альтернативой тем образовательным программам и содержанию образования, которое мы имеем в светской школе. Потому что если мы откроем закон об образовании и посмотрим главу «Принципы государственной политики», то увидим, что основным принципом образования является «гуманистический принцип».

Как известно, гуманизм был создан в ХХ веке как религиознофилософское учение, которое затем отказалось от догматов, связанных с религиозностью, и стало полностью философским учением о примате человека. Гуманизм — это определенная система ценностей, в которых главным является человек, он становится центром. Отсюда и права человека, и так далее, и так далее. Так что говорить о том, что светское образование нейтрально, нельзя.

Второй постулат, о котором говорится в законе «Об образовании», — постулат «общечеловеческих ценностей». До сегодняшнего дня никто не сформулировал, что же такое общечеловеческие ценности. У нас есть христианские ценности, есть ценности иных народов, исповедующих различные религии, и, как правило, мораль и право в тех или иных обществах вытекали из религиозных взглядов того или иного народа. Говоря об общечеловеческих ценностях, ориентируются на некие усредненные ценности, которые пропагандируют права человека: достоинство личности, право человека на свободу, право человека на жизнь. Это то, что совпадает с нашими христианскими ценностями. Вместе с тем свобода личности доводится многими до абсурда. Неспроста Русская Православная Церковь, говоря о правах человека, поставила недавно вопрос о достоинстве личности, о том, что свобода должна быть ограничена.

Это все имеет прямое отношение к школе. Когда в рамках прав человека говорят о «праве женщины на собственное тело» — а это основной постулат феминизма, — отсюда следует право на принятие самостоятельного решения на проведение аборта, на стерилизацию, на отказ от рождения детей, на расторжение брака, на воспитание ребенка и так далее, и так далее — все те права, которые разрушают семью. Именно поэтому на сегодняшний момент мы имеем те тенденции в обществе, которые в рамках этих самых общечеловеческих ценностей хлынули огромным потоком в Россию.

Думаю, что с экранов телевидения, со страниц газет и журналов нам представляют ситуацию еще более худшей, чем она есть в настоящее время. Нам говорят о полном развале семьи. Но если мы Россию сравним с Францией, то во Франции рождается вне брака около двух третей детей. А в России — не более трети. То есть в целом наше население практически ориентировано на семью и рождение детей в семье. Именно поэтому у нас, наверно, еще не все потеряно, и мы должны защищать свои семейные ценности, нравственные постулаты, которые дало нам христианство, наша православная вера. Именно это дает возможность нашим детям вырасти наиболее высоконравственными свободными людьми и помогает сберечь их души.

Мне хотелось бы коснуться двух основных тем, которые представляют наибольшую опасность в системе образования. Основная опасность — это «сексуальное просвещение». Если буквально два­три года назад говорили о половом воспитании, то на сегодня этот термин уже ушел в историю. Совершенно четко в ряде нормативных документов наблюдается попытка навязать школе сексуальное просвещение. Россия стоит на пороге принятия обязательного государственного сексуального просвещения.

С 1995 по 2000 год в Российской Федерации Министерством образования без согласия родителей, без уведомления общественности был внедрен проект, который назывался «Половое воспитание российских школьников». Суть его состояла в том, что в базовые школьные предметы были внедрены элементы полового просвещения. Как правило, они внедрялись в учебники нового поколения: в учебники по биологии, в новые учебники по основам безопасности жизнедеятельности. Все это делалось в примитивной, как правило, непристойной форме, не опиралось на научные знания. Знания, которые предлагались детям, не соответствовали принципу преемственности программ. Половым воспитанием занимались с восьмидевятилетними детьми, которые воспринимают природу образно. Им начинали рассказывать о клетке, об оплодотворении, о половых детородных органах, показывали непристойные картинки. Такие учебники и программы у нас имеются.

Пик этой деятельности пришелся на 1997–1998 годы, когда были обнародованы программы полового просвещения школьников России. На их изучение отводилось порядка 300 часов в год. Там были такие темы, как проституция и алкоголизм в России, все формы половых извращений и так далее. То есть нашлись головы, которые реально эти программы создали и пытались внедрить в школы. Конечно, в широкой форме эти программы не прошли. В 1997 году общественность всколыхнулась, поняв страшную угрозу духовности нации, воспитанию детей, которую несет так называемое половое просвещение по западному образцу. Было принято постановление Госдумы, запрещавшее половое просвещение в школе. Закон говорил, что любое воспитание, в том числе половое, не может проводиться без согласия родителей, потому что родители являются законными представителями ребенка и его первыми воспитателями, а потом уже его воспитывает школа.

Однако в том же 1997 году законопроект «Половое воспитание российских школьников» был заменен на «Здоровый образ жизни российских школьников». По существу, наполняемость данного проекта, а именно: знание о половой сфере, о контрацепции, о половых извращениях, — заняло прочное место в российской школе, в образовательных программах. Причем надо учесть, что зачастую в учебнике, содержащем элементы полового воспитания, могут быть только однадве фразы на эту тему. Но наша практика общения с родителями показывает, что на уроках говорится гораздо более широко, чем это указано в учебнике, показываются мультфильмы, видеофильмы, различные пособия с картинками, которые, как говорит министр юстиции, отсутствуют даже у студентов медицинских институтов.

Таким образом, де факто сексуальное просвещение, или оно же половое воспитание, российских школьников было введено к 2000 году. Чиновники очень быстро обучаются. Если первоначально половое просвещение осуществлялось школой, то на сегодняшний момент оно имеет несколько моделей. Помимо образовательной школы, существует вторая форма реализации сексуального просвещения. Она связана с обучением детей в учреждениях дополнительного образования. Школа очень просто решила вопрос о том, как обойти согласие родителей на сексуальное просвещение детей: родителям объявляют, что дети посещают учреждения дополнительного образования. Школа заключает договор, обычно с департаментом образования, и в массовом порядке ведет детей в образовательные центры. Этих центров очень много, они есть почти в каждом регионе. Можно найти, может быть, только самые глухие регионы, районы, где подобные центры отсутствуют.

В 2006 году родители Екатеринбурга объединились в городскую ассоциацию «Родительский комитет» только для того, чтобы закрыть один из таких центров, который назывался «Холис». Родители узнали о нем случайно: попытались провести в школе работу, связанную с антикурением, и, получив отказ директора в связи с тем, что якобы этим занимается центр, решили выяснить, по каким программам там ведут занятия. При этом выплыли на свет мультфильмы «Скалозубый», «Кратэ», которые по существу являются пропагандой маргинального образа жизни. Все эти программы: «антикурение», «антинаркотики», «антисекс» — пропагандируют не воздержание, например, от наркотиков, а зачастую модель снижения вреда: вместо тяжелых наркотиков советуют употреблять легкие, вместо больших доз — малые и так далее. Центр был закрыт. Как выяснилось, он работал на бюджетные деньги по программам, если я не ошибаюсь, канадского производства. Но сказать, что победили родители, мы не можем. Потому что центры, как перевертыши, меняют название, меняют название программ — а содержание остается по существу тем же.

Имеется много материалов, которые свидетельствуют, что в ряде регионов сексуальное просвещение де факто набирает огромные обороты. Чего стоят материалы, присланные из Калининграда, где около 60 директоров школ направляются на обучение в Шведскую ассоциацию сексуального образования (ШАСО). Чему там будут обучать директоров? Всем понятно.

Третья модель сексуального просвещения в России реализуется через систему здравоохранения. Конкретные примеры доказывают, что система здравоохранения имеет структуры, через которые под видом заботы об охране наших детей идет фактически растление детей.

Все то, о чем я вам рассказываю, для общества является тайной за семью печатями. Чтобы получить ту или иную информацию, приходилось контактировать с огромным числом родителей и пострадавших детей, и зачастую только в рамках судебного процесса (а таких процессов мы провели несколько) «Родительский комитет» имел возможность получить конкретные, реальные документы, на основании которых были сделаны выводы, о которых я говорю.

Как известно, детское учреждение обязано заботиться о здоровье своих подопечных. Для этого заключается договор с медицинским учреждением, осуществляющим реализацию охраны здоровья ребенка. Как правило, таким учреждением является поликлиника. Сегодня мы столкнулись с тем, что поликлиники, осуществляя охрану здоровья детей в детских садах, начинают с гинекологических осмотров. Дело не в том, что сам осмотр ребенка плох или хорош. Если есть показания, то, естественно, нужно осмотреть ребенка, и желательно, чтобы это сделал врач. Но вся беда в том, что гинекологические осмотры пятилетних девочек проводятся без всяких показаний, втайне от родителей. И когда мы задались вопросом, почему это является такой тайной, если речь идет всего­навсего об охране здоровья ребенка, то в результате судебного расследования получили ответ: таким образом уже в детских садах осуществляется программа сексуального просвещения. Методом тактильного осмотра у малолетних девочек вызывается интерес к определенной сфере, растормаживается сексуальный интерес. Как это произошло, к примеру, в Петербурге, где родители выиграли суд в связи с незаконными гинекологическими осмотрами детей.

Если бы это был одинединственный факт, можно было бы рассказывать о нем как о каком­то уникальном случае. Но в ходе судебного разбирательства прозвучала официальная цифра: только за два месяца 2005 года были проведены осмотры в 22 садах. На момент окончания нашего судебного процесса мы получили сообщение о том, что гинеколог — крайне опытный врач, и под ее эгидой находится 40 детских садов — это только одного района.

Помимо гинекологических осмотров, которые ведут к раскрепощению сексуальной сферы ребенка, ему внушают, что обнажение интимной части тела является нормой. В детской среде осуществляется также пропаганда контрацепции — как правило, на основании брошюрок, изданных такими известными фирмами, производящими контрацепцию, как «ДжонсонДжонсон», «Проктер энд Гэмбл» и другими. Эти фирмы напрямую сотрудничают с российской службой планирования семьи. А Российская служба планирования семьи сотрудничает с Министерством здравоохранения РФ.

Вот так осуществляется реальное, де факто, сексуальное просвещение наших детей: путем внедрения секспрограмм в российские образовательные программы, через учреждения дополнительного образования или через учреждения здравоохранения. По существу, осталось еще совсем немного до того, чтобы государственное сексуальное просвещение в России сравнялось с тем, которое осуществляется в странах Европы. И эта опасность не является эфемерной. На сегодняшний момент практически готов к ратификации международный документ — «Европейская социальная хартия», которая является своего рода социальной конституцией. Основная масса ее статей гарантирует права граждан в области труда, социальной защищенности и так далее. Это неплохо. Но в этом документе имеется статья 11, пункт 2, в котором говорится о том, что государства, подписавшие хартию, обязаны осуществлять заботу об охране здоровья граждан, и в это понятие входит сексуальное просвещение. Причем сама формулировка статьи не раскрывает ее наполнения и является чисто декларативной.

Кто против того, чтобы заботиться об охране здоровья? Другое дело, какое содержание вкладывают Европейский совет и международное сообщество в это понятие. Когда мы подняли документы, касающиеся отчетных докладов ряда стран о том, как реализуется данная статья, то увидели, что прежде всего она предполагает право гражданина на консультации в области охраны здоровья, и в том числе право на сексуальное просвещение. А право гражданина, как известно, влечет за собой обязанность государства по реализации этого права. Поэтому у тех стран, которые ратифицировали данную конвенцию, автоматически возникает обязанность введения на своей территории обязательного сексуального просвещения. И страны, которые подписали хартию — а это Литва, католическая Польша, Молдавия, православная Греция, — ежегодно отчитываются перед Советом Европы, каким образом в рамках учебного процесса ими реализуется право на сексуальное просвещение. То есть сколько учебных часов посвящено сексуальному просвещению, в каких регионах это делается лучше, в каких делается хуже.

Давайте подумаем о том, каким образом Основы православной культуры как предмет, научающий целомудрию, может следовать за уроком, который обучает применению контрацепции и онанизму, дескать, помогающему снять напряжение? То есть если мы позволим пройти данному закону, мы будем лишены той образовательной среды, в которой Церковь сможет работать и реализовывать свои задачи по нравственному совершенствованию общества.

Поскольку существующее в России де факто сексуальное просвещение не имеет под собой всей полноты законодательной инициативы, у нас еще есть какое­то правовое окно, через которое мы можем влиять на ратификацию подобной хартии. Мы сейчас готовим пакеты документов по поводу хартии: обращение в Государственную думу, к премьер­министру, Президенту. Но существует еще одна огромная задача — информировать наших сограждан и распространять достоверную информацию. Мы должны помнить, что достоверная информация — это в наше время самое главное. Человек должен знать ситуацию, в которой он находится, чтобы принять информированное решение о том, как ему быть дальше. Один вступает в Общероссийское родительское движение, второй молится в собственной келье, третий просто ничего не делает, а четвертый бросается во все тяжкие. Выбор за вами.

Вторая тема, на которой хотелось хотя бы коротко остановиться, также является крайне важной и глобальной, — это единый государственный экзамен. Коротко поясню, в чем заключается опасность единого государственного экзамена и почему мы так возражаем против его введения. А как вы знаете, уже во втором чтении приняты поправки к закону «Об образовании», которые вводят ЕГЭ в качестве обязательной формы проверки знаний начиная с 2009 года.

Немножко истории: несколько лет назад, опять-таки без консультаций с обществом, без согласия родителей, был объявлен эксперимент в отдельных регионах по внедрению ЕГЭ. Форма проверки знаний может быть разной: устный опрос, изложение, сочинение, заполнение тестов. Встает вопрос: почему же наша модернизация образования избрала единственную форму — именно форму ЕГЭ? Дело в том что повсеместное внедрение ЕГЭ в России уже позволило подготовить новое поколение учебников. И у нас имелось несколько конкретных случаев, когда родители в рамках закона «Об образовании» пытались заменить негодные учебники — антинаучные, неграмотные, содержащие элементы сексуального просвещения — и предлагали школе взять любой из десяти других имеющихся учебников биологии. Ответ был один: по этим учебникам дети не смогут сдать единый государственный экзамен. То есть за последние пять лет на государственные деньги под ЕГЭ было создано поколение новых учебников, которые во многих случаях не только не отражают современного содержания образования, но зачастую дают антисоциальные знания. Это очень, очень умный, очень продуманный ход. Если учесть, что первоначально на внедрение ЕГЭ вообще не выделялись бюджетные деньги, то мы можем задать себе вопрос: кто платит, кто заказывает музыку? За чей счет был введен ЕГЭ?

В итоге сегодня мы имеем обязательный единый государственный экзамен, который определенным образом снижает социальные гарантии наших детей на высшее образование. Вначале было определено, что результаты ЕГЭ при поступлении в вуз действительны в течение полугода. Затем действительность результатов продлили до года, на сегодняшний момент — до двух лет. И получается, что через два года человек теряет право на поступление в вуз (правда, дали кое­какие льготы закончившим военные училища и служащим в рядах армии). А как быть тем, у кого срок действия тестов закончился? В результате через два года наше общество столкнется с новой проблемой. Огромное число молодых людей не будет иметь доступа к высшему образованию. Ведь пересдать ЕГЭ не так просто. Это дополнительная препона на пути в вуз.

Таким образом, подведу итог: мы должны, во-первых, решить для себя, кого мы готовим, какими мы хотим видеть своих детей и дает ли нам эту возможность наше современное образование. Второе: каким образом можно остановить лавину сексуального просвещения в школе? И третье: мы не должны опускать руки, принимая как совершившийся факт внедрение единого государственного экзамена или секспросвета, которые оглупляют наших детей, лишают их нормального развития. Эта тема должна постоянно звучать в нашем обществе, чтобы правительство, Президент знали запросы общества и реагировали на них.